Роман Быстряков

Роман Быстряков

старший разведчик отдела спасателей – десантников Управления первоочередных аварийно-спасательных работ центра «Лидер»

Это была его детская мечта – прыгнуть с парашютом. Конечно, он ничего не знал о специфике этого дела, не думал об опасности, не предполагал, что парашютов этих есть столько разновидностей.. Манил его сам факт – прыгнуть, и чтоб потом гордо сказать себе и другим: «Я смог!». Примерно  так рассуждал Роман Быстряков до того, как попал на службу в Центр по проведению спасательных операций особого риска «Лидер».

«Дело в том, что в детстве мне часто казалось, что у меня как будто все время что-то не получается. Скорее всего, так не было на самом деле, но перед глазами маячила какая-то планка, которую хотелось перепрыгнуть. Знаете, в школе я с увлечением занимался хоккеем, и меня даже  брали в юношескую сборную республики, но…мама сказала, что сначала нужно получить образование и не отпустила. Представляете, как я переживал? Однако прошло время, интересы поменялись, и надо было всерьез думать о будущем. А перед глазами - пример старшего брата. Он взрослее всего на 2 года, но всегда был своеобразным маяком для меня. Если идти в технический колледж, как брат, - тогда на ту же специальность. Если он пошел в армию и попал в морскую пехоту – о десанте начал мечтать и я. И вдруг, на комиссии, хирург не даёт мне допуск в ВДВ!  Дали себя знать хоккейные травмы. Это был второй, наверное, ещё более серьезный удар».

В отчаянии, Роман Быстряков  пришел в военкомат и заявил: либо возьмете служить в «нормальные» войска, либо вообще не пойду. Сегодня он смеется, вспоминая ту ситуацию: в родной Ухте его, такого бескомпромиссного, помнят до сих пор! В ВДВ всё-таки не отправили, но, как выяснилось позднее, навстречу «горячему парню» пошли. Так и попал Быстряков на срочную службу в известный Центр по проведению операций особого риска «Лидер».

Очень скоро Роман понял – это настоящий подарок судьбы! Неуёмный, упорный характер  толкал учиться? Пожалуйста! В Центре он смог окончить курсы спасателей. Он мечтал прыгать в парашютом? И ему предложили продолжить службу в десантном отделе. Роман до сих пор с благодарностью вспоминает тот момент, когда полковник Игорь Кузаев как бы невзначай спросил его: «Зачем тебе куда-то переводиться на контракт? Оставайся у нас!»

«И вот я пришел в отдел «на разведку». И  был просто поражен тем, как  тепло меня там встретили. Я, конечно, тут же  с порога завил, что  мечтаю прыгать с парашютом. И ребята, у которых уже были высокие звания, запросто, мне, простому сержанту, стали все показывать, спрашивать, чего я хочу в десантном отделе узнать, научиться. И я остался!

Сразу скажу, что мне стало невероятно интересно уже в ходе обучения, собственно, ещё до прыжков! Сам начальник воздушно-десантной службы не уставал по многу раз объяснять то, что было непонятно.

Помню мой первый выезд во Владимирскую область, на аэродром «Сокол» в ноябре 2008 года. Ощущения были – не передать! Помню, начальник отдела ещё раз всё перепроверил, в сотый раз, наверное, проговорил все моменты действия парашютиста в воздухе. А у меня  мандраж такой! И мечта вот она, так близко, и вроде страшновато.

Когда вышли на вертолете Ми-8 на боевую высоту – 600 метров (при скорости 140 км/час!) я, помню, стою, сжимаю этот ПЗ, и руки не могу оторвать. А инструктор, Алла Осипова, спрашивает меня: ну что, готов? И я вспоминаю, что сама она первый прыжок совершила в 14 лет, и думаю: что же, она смогла, а я в 21 год не смогу шагнуть вперед? Знаете, именно этот первый шаг и был страшнее всего. Я даже не успел всё четко осознать, когда оказался в воздухе. Только сразу сработал приказ в голове - посмотреть вверх на рабочий купол! Если его нет – моментально  ввести в работу запасной. Всё! Больше у меня вообще мыслей никаких не было!»

- Роман, первый «блин был комом», как и положено?

- Я прыгал с легким спортивным Д-1-5у, где действует полуавтомат, что очень удобно. Но, конечно, самое главное в прыжках – это приземление, и в первый раз оно у меня было далеко от идеального (смеется). Но что хорошо – так это то, что все ошибки, которые я совершил при первом прыжке, я на земле потом проработал. В тот день начальник отдела не дал мне прыгнуть второй раз, что было очень мудро с его стороны.  Мне надо было хорошо все обдумать, и он это понимал.

И знаете, второй прыжок бывает сделать сложнее, чем первый, потому что ты уже осознаешь всё и стремишься не допустить промахов.

И вот с 2008 года, с начала тренировок, для меня открылось столько новой информации! Я узнал, что купола бывают не только в виде «шариков», но бывают и спортивные, специальные, боевые – самые разные!  И когда начинаешь читать тактико-технические характеристики каждой парашютной системы, всегда интересно – какие же задачи, упражнения можно выполнить с той или иной системой.

- Говорят, что в десанте особый интеллект ни к чему. Вы с этим согласны?

- Думаю, что когда люди не могут чего-то совершить сами, то они признают тех, кто это делает ненормальными. А наши умения направлены на оказание помощи, и я уверен – это нужно изучать, и знания здесь очень обширные! Так что сами судите, нужен ли здесь интеллект. А вообще, возьмите такой вид спорта, как бобслей – про него тоже говорят, что только ненормальный может им заниматься. А я считаю, что чем больше человек хочет развиваться, тем больше умений он хочет у себя развить, попробовать «на вкус» разные виды деятельности. Я думаю, что профессионально уметь, до высшего класса,  нужно что-то одно, но пробовать себя – в разном.

 - А вам что интересно, кроме прыжков с парашютом?

- Ну, все, чем занимается наше Управление первоочередных спасательных работ. Например, водолазное дело. У нас здесь есть специалисты, которые заканчивали военные морские академии, и когда они начинают рассказывать о своей профессии, я сижу, буквально ловлю каждое слово – как с докторами наук общаюсь! Я раньше как-то всегда считал, что парашютное дело самое опасное и страшное из всего, чем может заниматься человек. И вот я для себя открыл, что спуски под воду гораздо опаснее и требуют невероятной выдержки. У нас-то что? Самая главная проблема – это не «хлопнуться об континент». Конечно, все зависит еще и от задания, но все же самое важное – безопасность приземления. А у водолазов столько последствий, болезней может быть из-за одного неправильного всплытия. Когда ребята – водолазы начинают рассказывать о нюансах профессии, я каждый раз удивляюсь тому, что мне бы это и в голову не пришло. Пожалуй, я погрузился бы под воду без страха, но сколько всего ещё нужно предусмотреть! У нас-то есть «запаска», а у них – ничего нет. Т.е. если оборудование «глюкнет» метрах на 20-ти, тут уже…..

И ещё что интересно. У нас, в парашютизме, надо все делать быстро, а там – наоборот, никогда нельзя торопиться. Вот и говорят мне ребята в ответ на мое желание нырять – Рома, ты хочешь совместить две совершенно разные специальности! Но я уверен – если почаще тренироваться, можно освоить все, что захочешь! А вообще недаром же наши ребята – парашютисты проходят специальную подготовку и по промальпу, и по выживанию в горной местности и т.д. Ведь мы можем получить задачи  на оказание помощи в самых разных условиях.

- В детстве Вы равнялись на старшего брата. А сегодня есть ли для Вас авторитеты?

- Мне очень нравиться, когда у нас проходят совместные тренировки с коллегами из Центроспаса.  Вот уж кто действительно «универсальные солдаты». Столько нового и важного от них каждый раз узнаешь! Казалось бы, маленький нюанс в разговоре: «а ты знаешь, что слайдер (устройство рифления на парашютах, позволяющее плавно наполнять купол без сильного динамического удара парашютиста  – прим. авт.) можно не заматывать, а вот маленький узелок сделать – и тоже никакого сопротивления ветра?». И я смотрю – а он, опытный парашютист, затрачивает в 3 раза меньше времени на слайдер, чем я.

Или вот еще один случай вспомню – когда мы работали на Саяно-Шушенской ГЭС. Вместе с ребятами – спасателями международного класса из Центроспаса и еще из Абакана -  полночи обходили помещения, искали тела погибших. И я считаю, что мне повезло, т.к. я опять слушал их рассказы, и они были просто бесценны для получения опыта.

Если меня спросить, к чему же я стремлюсь, чего хочу, я бы сказал, что мечтаю стать таким же профессионалом высочайшего уровня, как они.

 

Беседовала Екатерина Бобровская

 

Оцените материал: 1 2 3 4 5
Поделиться: TW VK FB OK

Внимание! Данный комментарий не является официальным обращением заявителя!

ФИО*
Номер телефона*
E-mail*
Комментарий*
Введите текст с картинки*
Ваш e-mail*
Тема сообщения*
Ваше сообщение*
Введите текст с картинки*
top